russian  norwegian  suomen  ukrainian  polska  latvian  belarus  france  Great Britain  sweden 


ПАРТНЕРЫ


Комитет по физической культуре, спорту и туризму Мурманской области





ИНФОРМАЦИОННЫЕ ПАРТНЕРЫ





 

АРКТИК ТРОФИ 2003


«Сказки старой Арктики»

Старейшее из проводимых в нашей стране трофи лишь на девятый год своего существования получило официальный статус этапа Кубка России. Что это изменило? Прежде всего добавило головной боли организаторам, а экипажи обязало обзавестись гоночными лицензиями. В остальном знаменитое трофи осталось прежним. Длинная, насыщенная яркими событиями и пейзажами экспедиция, тяжелый, порой абсолютно изматывающий путь и знакомые постоянным участникам спецучастки, многие из которых повторяются каждый год, с самого первого раза. «Затерянный мир», «Тысяча ручьев» — эти названия известны даже тем, кто никогда не был в здешних местах. В те времена, когда «Арктика» была самым экстремальным трофи на территории России, о коварстве этих трасс слагали легенды. Легенды живы по сей день, хотя понятие «тяжело» в последние годы здорово продвинулось.

6 сентября, 10 утра. Площадь «Пяти углов» в Мурманске. Телевидение, зрители, группы поддержки. Вот только спортивных машин пока всего две. Сколько их будет, до сих пор непонятно, но обещают даже финнов с норвежцами. Через два часа дали старт. Зачеты «спорт» и «рейд» объединили. Набралось восемь экипажей, включая обещанных финнов на Toyota LC40 и норвежцев на Gelandewagen с «грузовыми» номерами. Еще столько же — техника оргкомитета и идущие вне зачета. Нас загрузили в организаторский «уазик» по имени «Папа Карло», идущий в самом конце колонны.

Машину едва успели привести в чувство после последней рекогносцировки маршрута, состоявшейся за неделю до старта. Доделать успели не все...Что ж, даст Бог, доедем.


Уплывший веник

По количеству и морально-техническому настрою участников нынешняя «Арктика» оказалась самой негоночной. Спокойный и размеренный экспедиционный ритм уже на старте первого спецучастка был задан норвежским экипажем, которому по жребию досталась роль первооткрывателя. Сразу за стартовой линией начинался довольно длинный брод через реку Печу, глубина которого доходила до полутора метров Скандинавы, облачившись в непромокаемые комбинезоны, тщательно, метр за метром, исследовали усеянное валунами дно бурной реки. Не торопясь ходили, мерили, разве что с аквалангом не ныряли. Потом невозмутимо уселись в автомобиль и не спеша переехали на другой берег. Примерно так же они двигались дальше — с долгими разведками и тщательным выбором пути. Если на траектории попадалось даже самое пустячное бревно, флегматичный норвежский штурман извлекал из недр багажника бензопилу и расчищал пилоту дорогу. Вы скажете — неспортивно? Отнюдь. В условиях нынешнего «Арктик-трофи» тактика оказалась верной на сто процентов. Пройти все СУ и сохранить машину до финиша — формула победы в этом году. Косвенно это подтвердил и экипаж из Мончегорска, стартовавший вслед за норвежскими викингами. Лихо спрыгнув в реку, «УАЗ» домчался ровно до середины и... заглох. Вода моментально заполнила автомобиль, смыв часть вещей и оборудования, включая веник. В результате молниеносно проведенной спасательной операции эвакуатор ГАЗ-66 «затонул» рядом. Оставшимся экипажам пришлось объезжать внезапно образовавшийся остров, а организаторам — как-то извлекать его на сушу.

В чем до сих пор нет равных «Арктике», так это в разнообразии препятствий и пейзажей. По географическим причинам повторить фирменный маршрут этого трофи-марафона в другом месте невозможно. Каждый день трасса проверяет экипажи на прочность. И каждый день по-новому. Броды, нагромождения камней, перевалы, торфяники, песчаные отмели, топкие зимники — все это сплетается здесь в такой клубок испытаний и впечатлений, что хватило бы на несколько полноценных «трофи выходного дня». При этом езда на лебедке здесь скорее исключение, и результат зависит вовсе не от ее мощности, а от мастерства экипажа и его выносливости.


Земноводные пернатые

После первого дня, когда участники трофи-рейда прошли по нехоженым лесам и заброшенным лесовозным дорогам около тридцати километров» случилось событие, определившее судьбу спортивного зачета. Наутро часть спортсменов уехала «не туда» и надолго засела в топи под сопкой. Кое-как выбравшись и посчитав поломки, половина каравана сразу же отправилась назад к цивилизации. Чиниться. Само собой, шансы на победу у оставшихся резко возросли. Это стало еще очевиднее, когда через день пытавшиеся догнать караван экипажи так и не появились очередной стоянке, сообщив, что поломки в пути оказались даже серьезнее» чем те, из-за которых возвращались.

Заполярное болото — очень интересное геологическое образование. На первый взгляд оно выглядит менее проходимым, чем на самом деле. Слой дерна и мха на нем достаточно плотен и вполне может выдержать автомобиль на спущенных шинах, и потому, не буксуя и выбирая дорогу, ехать можно. Но стоит только копнуть...

Примятые колесами мох и ягодник очень быстро поднимаются, и следы растворяются в мягком зеленом бархате. А нам, замыкающему организаторскому экипажу, эта следы были нужнее легенды и всех точек GPS, вместе взятых. Дело в том, что участники лишь приблизительно ориентировались на предложенный маршрут и каждый раз выходили к месту ночевки каким-то уму не постижимым образом. Возможно, в этом была виновата легенда, периодически допускавшая вольные толкования и расходящаяся с координатами. Впрочем, есть не меньше доводов и в пользу иррациональных особенностей человеческой памяти. Бывалый трофист схож с перелетной птицей и всегда стремится к знакомому маршруту. Как он его находит, несмотря на совершенно противоположные указания легенды, — загадка, достойная самых серьезных исследователей интуиции.

Правда, расчет на интуицию, следы и то, что «легенду все равно не читают», оправдал себя не полностью. Дело в том, что с навигацией порой возникали проблемы. Легенда состояла лишь из описаний СУ, начинавшихся стартом и заканчивавшихся финишем. Иногда финиш совпадал с лагерем, но так было, увы, не всегда. И тогда опытные арктнк-трофисты пытались найти точку, «где в том году стояли», а что делали новички — одному богу известно. Их речи, обращенные к составителям маршрута, мы не приводим из-за цензурных ограничений. Составители же, в свою очередь, обещали в следующем году исправиться...

Кстати, на камнях и жесткой почве искать следы ничуть не проще, чем в ягеле. Тут лишь примятые кусты и поломанный валежник могут выдать недавнее присутствие четырехколесных. С каждым днем мы приезжали в лагерь все позже и позже. Через три дня «Папа Карло» начал капризничать и развинчиваться по болтикам. Надо было его попутно собирать и протягивать. А стоило отдать финскому экипажу запасной аккумулятор, как отсутствие заряда, как вирус, тут же передалось нашему «УАЗу». Пришлось совершить пеший кросс по гористой местности за «живым» аккумулятором.


По следам

Как мы уже говорили, некоторые маршруты «Арктики» каждый год проходя? по одним и тем же местам. А потому на них остаются памятники былых экспедиций. Так, на одном из поворотов зимника была обнаружена лопата, забытая кем-то из трофистов прошлого. А что ей сделается? Кому она нужна? Места-то дикие. Норвежцев это не убедило. И они отправились за веревкой, оставленной в трех километрах от них на болоте. Точнее, отправился один из них, неутомимый штурман Пер. С видом физкультурника, совершающего пробежку в парке, он лихо затрусил по следам в обратном направлении. Пилот в это время занялся косметическим ремонтом машины: удалил полуоторванный багажник, проверил крепление лебедки, переложил вещи в салоне — и присоединился к организаторам, напавшим на заросли спелой голубики. Через полтора часа с сияющим, но несколько усталым лицом и забытой веревкой в рюкзаке вернулся штурман. И так как он явно нуждался в отдыхе, второй член норвежского экипажа по имени Вегард вместе с Алексеем, главным секретарем соревнований, пошли «смотреть» дорогу дальше. При этом они живо обсуждали ситуацию и особенности грунта каждый на своем родном языке. И что удивительно, отлично понимали друг друга.

Но не стоит считать Кольский полуостров совсем уж безлюдным. Пока мы разглядывали следы прошедшего каравана и соображали, в какую сторону он все-таки шел (было похоже, что в обе сразу), за сопкой раздалось тарахтение мотора и нам навстречу выкатился шестиколесный агрегат на тракторных камерах. Самодельный «пневматик» с тремя задними мостами от «Нивы» местные мужики построили специально, чтобы ездить за ягодами. Их тут видимо-невидимо, а другой возможности добраться нет. Оказалось, старые знакомые, можно сказать, постоянные зрители и болельщики. Из года в год, как раз в нужное время, они появляются на Маршруте «Арктики».

Еще один внезапный зритель встретился нам в Куцколе — давно заброшенном лесхозе. А забросили его лет двадцать назад, потому что не смогли вывозить лес — места непроезжие. Жителей переселили в Мончегорск. Остался только Володя. Бывший геолог, а нынче — охотник, рыбак и сам себе хозяин. Ну и смотритель оставшихся домиков. Он привел их в порядок и теперь принимает заезжих рыбаков. Они добираются сюда на снегоходах. Такая вот получается турбаза. Володя накормил нас рыбой, посоветовал еще пару интересных маршрутов и даже собирался истопить баню, да времени было мало. Оставив ему картошки, мы поехали дальше. Путь лежал в Мончегорск. И назывался он «Куцкольский триал». Нагромождение камней, по которому можно было ехать хоть на заднем приводе, но очень медленно. И так — почти сутки, с ночевкой на тех же камнях.


О, спорт!

Когда же две половины арктик-трофистов к середине маршрута наконец воссоединились, стало ясно, что спортом имеет смысл заниматься только нескольким экипажам. Мурманчане Ежов и Романов выясняли судьбу первого места с отцом и сыном Саниными из Снежногорска. Бронзу упорным трудом завоевали норвежцы. А вот финской Toyota не повезло: «Куцкольский триал» закончился для нее поломкой поворотного кулака. Машину пришлось на пару дней оставить в лесу, штурмана отправить с норвежцами, а пилота вместе с поворотным кулаком забрать с собой в «Папе Карло». А там и без того уже был теремок: семь человек, включая забытых экипажами экспедиционного доктора, местного фотографа и «стюардессу» Марину. Так что спорт для финна по прозвищу Отто-камикадзе закончился. Однако починить машину и доехать до финиша было для него делом чести. Ему не удавалось это четыре года подряд.

Кстати, о поломках. Все, кто проходил «Арктику» раньше, предупреждали, что это не трофи, а настоящее убийство машин. Ну не знаю, как было раньше, а на этот раз «убийства» было не больше, чем на любом другом трофи средней экстремальности. Возможно, дело в том, что гонка довольно быстро превратилась в экспедицию. Некоторые участники, проходившие маршрут «Арктик Трофи» уже не в первый раз, были совершенно поражены красотой окружающего пейзажа: до сих пор в пылу спортивной борьбы у них просто не было времени обращать внимание на осенние леса и тундры.

Тем временем судьба главного приза так и не была определена. Мурманская Toyota Hi-Lux и снежногорский УАЗ шли ноздря в ноздрю. Возможно, некоторую определенность в борьбу внес бы скоростной ночной этап, однако по независящим от оргкомитета обстоятельствам его пришлось снять. Буквально накануне мост через реку Умба был разрушен въехавшим на него, но упавшим в воду гусеничным тягачом. А брод восьмиметровой глубины не под силу даже самым подготовленным. Это уже дайвинг. Так что трассу пришлось в срочном порядке менять. Все решилось только на последнем СУ, экипаж Ежова прошел его чуть быстрее. Так закончился легендарный рейд «Арктик-трофи» 2003 года. Но в следующем году на площади «Пяти углов» вновь соберутся романтики офф-роуда на своих боевых машинах... и все начнется сначала.


Результаты:

1. В. Ежов — А. Романов, Toyota Hi-lux, Мурманск
2. Ю. Санин — Р. Санин, УАЗ-3151, Снежногорск
3. В. Андерсен — П. Мерк, Mercedes G, Норвегия

«Club 4x4», декабрь N12 2003г.,
Евгений Константинов

вернуться к оглавлению

 

 


  


[an error occurred while processing this directive]